Горилла

Самец, кличка «Батанга». 

Прибыл в Московский зоопарк из Дюссельдорфа (Германия) в 1972 г.  Умер в возрасте 20 лет в 1990 г.

Чучело изготовлено таксидермистом В.П. Радиным.

Из книги И.П. Сосновского «Питомцы Московского  зоопарка» (1974 г.)

15 июня 1972 года останется в истории Московского зоопарка одним из памятных и знаменательных дней — у нас поселился Батанга.

Задолго до прибытия самолета приехали мы в международный аэропорт «Шереметьево» встречать его. Нужно было заранее договориться с начальством порта, с работниками таможни, с дежурным врачом о снятии пассажира прямо с борта самолета. Всё уладилось быстро, настроение у нас было радостное, снедало только нетерпение. <…> А тут, как назло, воздушный лайнер с долгожданным пассажиром опаздывал на несколько часов. Когда он наконец приземлился, настроение у нас испортилось: Батанга был нездоров, глаза грустные, насморк, кашель. Явно сказалась задержка в пути, пересадка в Копенгагене, стоянка в Стокгольме. Летел Батанга в Москву из Дюссельдорфа, а родина его ещё дальше — в Африке.

Батанга — это горная горилла. Впервые за время существования зоопарка прибыла к нам эта редкая и интересная человекообразная обезьяна. Среди ныне живущих на белом свете обезьян горная горилла самая крупная. Длина тела самцов достигает 180 сантиметров при весе 250 килограммов. <…>

В ряде зоопарков мира гориллы содержатся группами по три–восемь экземпляров разного возраста. За последние 15 лет известно около 10 случаев приплода молодняка. Рождаются гориллята весом около 2 килограммов, растут медленно, лет до трёх не расстаются с матерью, да и с возрастом им непривычно вести отшельнический образ жизни. Гориллы живут семействами, включающими от 5 до 30 животных. Во главе его сильный, опытный самец, которому все беспрекословно повинуются. Интересно, что между членами семейства связь осуществляется мимикой, различными жестами и голосом. Ученые насчитывают более 20 различных звуков, издаваемых гориллами, каждый из которых имеет свой смысл. <…> Питаются они в основном растительной пищей, меню их состоит примерно из 30 видов диких растений, корней, побегов, плодов, коры и листьев.

Наш горилленок ещё молод, ему не больше четырёх лет. Привезли мы его с аэродрома, поместили в тёплое изолированное помещение, и начались заботы и хлопоты. Целых десять дней и ночей не отходили от него ветеринарные специалисты и научные сотрудники. Вся беда заключалась в том, что Батанга не желал принимать добровольно никаких медикаментов. Все наши ухищрения заставить больного проглотить таблетку или принять порошок успеха не имели. Таблетки, замаскированные в яблоко или конфету, он моментально обнаруживал, растворённые в сладком чае или компоте определял безошибочно и пить отказывался. С большим трудом удалось провести курс лечения антибиотиками, применяя неведомый для Батанги страшный на вид шприц. Приходилось зажимать больного в специальном устройстве, при этом он отчаянно сопротивлялся. Вылечили Батангу не только от простуды, но и от ветряной оспы, которую он, видимо, привез с собой из-за рубежа в скрытой форме, а в Москве она после перенесённого заболевания проявилась, причем в тяжёлой форме. И опять больше месяца от больного не отходили ветеринарные врачи, им помогали медики из Городской детской больницы имени Н.Ф. Филатова.

В первые дни, когда после полного выздоровления малыша перевели из изолятора в общее здание для обезьян и поместили в отдельную просторную «квартиру», мы не решались оставлять его на ночь одного. По соседству стучали кулаками в стену шимпанзе, ссорились и кричали мартышки, таинственно мяукала по ночам обезьяна геллада. Всё это малыша настораживало, волновало, и нужно было время, чтобы он привык к капризам соседей. Вечерами заведующая обезьянником Галина Григорьевна Богданович стелила на деревянных полатях в клетке гориллёнка байковое одеяло и укладывалась спать. Батанга во время приготовления ко сну не отходил от нее ни на шаг, крепко держался за полы халата. Когда же хозяйка принимала горизонтальное положение, он, недолго думая, укладывался рядом, крепко обнимал её и не отпускал до утра. Иногда во сне он подергивался, что-то бурчал по-своему, наверное сны видел. Со временем он освоился с новой обстановкой и стал спать один, похрапывая в сутки часов по 8–10. Байковое одеяло он и сейчас использует ночью для тепла, а днём — это любимая игрушка, которую он всё время таскает с собой. <…>

Самцы горилл при возбуждении бьют себя с силой в грудь кулаками рук, издавая при этом громкие барабанные звуки. И наш кроха унаследовал такой приём и тоже его использует, когда рассердится. А вот когда хочет выразить удовольствие, кулачки его «ходят» по пузу, и тоже похоже, что кто-то бьёт в барабан.

Любит гориллёнок ласку, любит повозиться, поиграть. Занимается он и хозяйственными делами. Дадут ему таз с водой и тряпку, и он моет пол в своей квартире. Потрёт, потрёт, а потом тряпку в воду и отожмёт. А бывает и так, что мокрая тряпка летит в наших сотрудников. Те увертываются, а Батанга смеется.

Кухня русская пришлась гориллёнку по вкусу. Он охотно ест у нас манную кашу, хлеб, пьёт чай, компот, любит фрукты, овощи, понравились ему и свежие веточки липы с цветочками. 

Фотография из книги И.П. Сосновского (1974 г.).